Ошибка грифона - Страница 77


К оглавлению

77

Варсус подпустил их на несколько метров, а потом, сделав высокий скачок, материализовал крылья. Они вспыхнули вдруг, внезапно, ярко. Точно серым вечером повалил снег, отражая размытый свет фонаря. Птерозавры на мгновение отпрянули, но сразу же инстинкт подсказал им, что светящееся мясо на вкус мало чем отличается от несветящегося. Мертвец, страж, тухлятина, фарш, человек, маг, некромаг – это все тонкости для гурманов, которыми птерозавры точно не являлись.

В воздухе Варсус красивейшим движением провернулся вокруг своей оси. Это был воздушный балет. Ничего более прекрасного Мефодию видеть не приходилось. Распахнутая пасть одного из птерозавров захлопнулась в десятке сантиметров от лица пастушка. Варсус скользнул у птерозавра под брюхом, дразняще пощекотав его перьями крыльев, и свечкой взмыл вверх.

Птерозавры перестали подпрыгивать и, набирая высоту, решительно устремились в погоню. Последний птерозавр, улетая, то и дело оглядывался на дот. Видимо, у него возникали смутные арифметические несостыковки. Вроде ж их больше было? Или не больше? Однако думать об этих несостыковках бедняга явно не успевал, поскольку улепетывающий Варсус то и дело начинал извиваться в воздухе, заваливаться на бок и вопить:

– Я мама-птичка! У меня ранетое крылышко!

Временами, опередив птерозавров, Варсус снижался и хлопался на землю, но не на спину, а довольно осторожно – на руки, чтобы не повредить крылья. Птерозавры, мешая друг другу, пытались обрушиться на Варсуса, но «ранетая птичка» в последний момент ухитрялась взлететь и, жалуясь на жизнь, спешила дальше.

Дафна и Мефодий смотрели им вслед через амбразуру.

– Лучше б он, конечно, так не шутил! А то дошутится! – сказал Мефодий.

– Нет. Он настоящий профи. А вот ты нет. – Дафна взяла Мефодия за руку и вывела его из дота. – Соберись! Делай как я! Давай начнем совсем просто! Без поворотов в воздухе, без всего! Вот так!

Дафна подпрыгнула и прикоснулась к отверстию для шнурка на своих крыльях. Крылья, вспыхнув, открылись. Взметнулась слежавшаяся пыль. Крылья Дафны сияли, как и крылья Варсуса, но свет их был менее резким, смягченным.

– Как красиво! – воскликнул Меф.

Дафна оглянулась на свои крылья. Смущенно улыбнулась:

– Это потому что мы в Тартаре. В человеческом мире они бы так не сияли. А в Эдеме было бы видно, что их свет довольно тусклый.

Дафна сделала несколько взмахов, поднялась на пару метров, а потом раскинула крылья и медленно опустилась на полусогнутые ноги.

– Вот так как-то! – сказала она. – Теперь давай ты!

Мефодий высоко, как заяц, подпрыгнул. Золотые крылья тоже скакнули на шнурке. Буслаев по неопытности не учел, что они тоже подпрыгнут, и крылья, подскочив, ударили его по отколотому зубу. Мефодий поймал их уже на лету и все же успел коснуться дырочки для шнурка.

За его спиной что-то распахнулось, его дернуло вверх и в сторону, а в следующий миг Меф боком шлепнулся на землю, в полной мере ощутив себя запущенной в небо жабой. Дафна с серьезным лицом помогла ему встать:

– Осторожно!

Мефодий отпустил ее руку, вскочил – и его сразу качнуло, потащив вдоль земли, точно он стоял на ветру с огромным воздушным змеем. Не понимая, почему так, Буслаев сделал несколько шагов, ощущая упругое сопротивление.

– Парусность! – сказала Дафна. – Крылья у тебя, кстати, еще те! Спортивные, скоростные. На них малость сложнее будет научиться, зато потом хорошо!

Мефодий до боли повернул голову, чтобы увидеть свои крылья. За его спиной что-то золотилось и сияло. Крылья действительно были теперь его частью – такой же, как руки или ноги!

– Хватит собой любоваться! – сказала Дафна. – Теперь так! Попытайся подвигать ими! Ощути их!.. Лететь пока не надо – просто пойми, как они действуют.

Мефодий попытался. Крылья задвигались, но как-то смешно и неправильно, точно привязанные.

– Нет! – покачала головой Дафна. – Не так!

– Но я же двигаю ими!

– Ты двигаешь плечами и лопатками!.. А надо крыльями! Ну!

Мефодий попытался еще раз. Бесполезно. Опять получалось только плечами и лопатками.

– Ты похож на человека, которого заставляют шевелить ушами. И вот он, бедный, шевелит кожей на лбу и губами, считая, что от этого шевелятся уши, – заметила Дафна.

– Но как тогда?!

– Не знаю, как объяснить. Крылья – они не только тут, – Дафна показала за спину Мефа, – но и тут! Тут, наверное, даже больше! – Она коснулась его сердца, и он ощутил тепло ее ладони. – Попытайся представить, но одновременно и крыльями работай! Давай!

Мефодий последовал ее совету. С минуту у него ничего не получалось, а потом вдруг что-то произошло, его куда-то дернуло, крылья мощным взмахом загребли воздух, и, сбитый с ног, Буслаев лицом проехался по земле.

– Неплохо! – одобрила Дафна. – Прогресс определенно есть! Но вообще-то, прежде чем осваивать горизонтальный полет, нужно освоить вертикальный. Воздух тут, конечно, дряблый, неживой какой-то, плохо держит.

– Но ты же летаешь! – сказал Буслаев.

– Ну это ж я! – скромно сказала Дафна.

Мефодий осторожно поднялся, недоверчиво оглядываясь на крылья. Они опять не шевелились. Страшно было представить, что произошло бы, не отвлеки Варсус птерозавров. Пара перьев и подошва от ботинка – вот и все воспоминание о Мефе.

– Вспомни, что предшествовало тому, как ты пропахал носом землю. Может, подумал о чем-то? Или что-то ощутил! – предположила Дафна.

Мефодий стал вспоминать, и опять в какой-то момент его дернуло, да так, что он едва устоял, успев выставить вперед ногу.

– О чем ты думал? – быстро спросила Дафна.

77